Может показаться нелогичным и даже несправедливым, что природа создала людей склонными к ожирению, сахарному диабету и прочим неприятностям, причем возникающим на ровном месте, фактически от ничегонеделания.
Возьмем наших давних предков. Если необходимо охотиться на всяких мамонтов, метать копья, камни и палки, отбивать самок у соседнего племени, или отбиваться, будучи самками... в общем, чем там еще занимались наши прародители, то очевидно, что лучше быть спортивным, подтянутым и мускулистым. К тому же, никогда не помешает хорошо смотреться в лучах восходящего солнца в набедренной повязке. Вот такие гены должны были закрепиться в эволюции, а не то, что нам досталось!
А может быть, гены такие и есть, но не реализуются как раз по причине повального ничегонеделания?
Отчасти это так, люди действительно ведут чрезмерно пассивный образ жизни. Но даже у активных и спортивных не так уж просто получается набирать мышечную массу и/или снижать жировые запасы. А иметь одновременно и высокую мышечную массу и низкий процент жира без использования допингов могут лишь жалкие проценты населения.
Гипотеза «экономного генотипа»
В 60х годах прошлого века антрополог Джеймс Нил для объяснения этой кажущейся эволюционной несправедливости предложил гипотезу «экономного генотипа».
Кратко суть в следующем.
Люди будучи охотниками-собирателями переживали периоды временного изобилия, когда охота была успешна и/или различные съедобные растения были доступны (преимущественно теплое время года), которые сменялись периодами дефицита пищи или даже голода.
Благодаря своим способностям создавать орудия труда и охоты, а также навыкам планирования и прочим интеллектуальным способностям, потребности в большой мышечной силе у людей не было: костер и копье могут быть намного более эффективными защитниками, чем развитая мускулатура. Поддержание которой, к тому же, требует немало еды и так трудно добываемого белка.
Таким образом, избыточная мышечная масса не слишком определяла выживание и дорого обходилась в плане пропитания, а значит, такой роскошью можно было пожертвовать, по этой причине склонность иметь много мышц не закрепилась в наших генах.
Значительно более страшным врагом для человека являлся голод, который убивает медленно, но надежно. В конечном итоге, человеческий интеллект и этот вопрос разрешил, по крайней мере, для заметной части населения. Но на протяжении большей части существования человека иметь хорошие запасы жира означало более высокие шансы на выживание. Пока толстый сохнет, худой сдохнет (с).
По этой причине, способность эффективно накапливать жир в периоды изобилия оказалась важным эволюционным преимуществом. Накопленный в теплое и сытное время года избыток жира не только повышал шансы пережить зиму с точки зрения запаса питательных веществ, но и способствовал сохранению тепла.
Также закреплялись и механизмы экономного расхода энергии в случае дефицита пищи, которые являются параллельным способом адаптации к голоду.
?звестно, что женский организм быстрее адаптируется к дефициту калорий и к изнурительным физическим нагрузкам, чем мужской, и эффективнее накапливает ресурсы.
Эволюционный смысл такой гендерной несправедливости (99% времени существования человечества несправедливость была в пользу женщин) очевиден: от способности женщин выживать и вынашивать потомство зависит выживание вида. Одного самца достаточно на целую группу самок, чтобы успешно восстановить популяцию (львы примерно так и живут, например: самки содержат симпатичного им парня с гривой для сексуальных забав, а после истощения его способностей меняют на другого))), а вот обратная пропорция уже вряд ли сработает, по крайней мере для вида, вынашивающего детей по 9 месяцев + несколько лет на поднятие на ноги.
Естественно, что в конечном итоге выживали и передавали свои гены именно те женщины, которые были способны накапливать больше жира и лучше адаптироваться к голоду.
А как же диабет, ожирение, сердечно-сосудистые заболевания?
При невысокой по сегодняшним меркам продолжительности жизни у ранних людей, мало кто доживал до атеросклероза, диабета или прочих подобных болячек. К тому же не будем забывать, что мало кто даже умудрялся накопить заметный лишний вес, учитывая чередование периодов доступности пищи и ее дефицита, а также высокой двигательной активности.
Поэтому лишний жир не приносил особых рисков для здоровья и жизни и уж точно не мешал размножению. А может и помогал, немало свидетельств тому, что упитанные люди перестали быть эталоном красоты и привлекательности лишь недавно.
Современная жизнь (западного) человека с этой точки зрения — вечное (в смысле пожизненное) урожайное лето (не только с точки зрения пищи, но и температуры, освещенности...), бесконечный цикл набора запасов в ожидании никогда всерьез не приходящего голода.
Ассиметричная регуляция
Благодаря таким эволюционным предпосылкам, регуляция веса в организме человека чаще всего имеет ассиметричный характер: значительная часть людей склонна легко набирать вес при наличии неограниченного доступа к пище, и с трудом с ним расставаться при попытках ограничивать калорийность рациона и/или существенно повышать двигательную активность.
У многих животных регуляция более сбалансирована. Например, хищники, для которых соотношение веса тела и скоростно-силовых качеств определяет шансы догнать и убить добычу (слишком тяжелый не догонит, слишком легкий не убьет), имеют и более сбалансированную регуляцию веса тела, в частности, не склонны накапливать лишний жир даже когда пища есть в избытке.
Почему тогда не все люди склонны толстеть в условиях изобилия?
С позиции эволюции, человек — это не отдельные особи, а вид, к тому же, вид социальный. Вероятность выживания любого вида повышается при достаточном разнообразии его представителей, а для социальных видов еще и при достаточном ролевом разнообразии.
Мы не настолько структурированы, как сообщества муравьев или пчел, социальных насекомых с четко определенными ролями отдельных особей, но что-то подобное работает в человеческой популяции.
Условно говоря, в одном сообществе было выгодно иметь набор особей, которые могут пережить затяжной голод (склонных набирать лишний вес и не иметь избыточной мышечной массы), но при этом иметь и особей-воинов (крупных, тяжелых, сильных, мускулистых), особей, способных долго бежать, загоняя добычу или совершая разведку (легких, не склонных набирать вес, подвижных физически и психологически) и т.д.
Вот и закрепились в эволюции несколько вариантов комбинаций генов, которые определяют формирование различных типов конституции, наше разнообразие и способность благодаря этому адаптироваться и выживать практически в любых условиях.
Только вот текущие условия жизни слишком уж непохожи на все, что происходило с человеком за миллионы лет эволюции и прошло слишком мало времени, чтобы мы смогли к этому адаптироваться.
По материалам healthlabs.ru
|
|
